Альтернативная история, или Никуда не денешься!

Фанфик к истории Кьязы «Фантом трупа лича, или в Поисках себя»

Рекомендуется читать после оригинала.

Здесь описан взгляд магистра некромантии Саннифео на события, разворачивающиеся в романе. Основные события те же, но в какой-то момент все пошло немного в другом направлении, что привело к неожиданному финалу.

Мои пары:

Санни и Ника

Гал и Наядна

Ятсан и Вае

Дюл и Кьяза

Зара и Редж

 ***

Я сидел за массивным столом из темного дерева в своем кабинете. Я -Магистр кафедры Некромантии при Университете магических наук под эгидой Гильдии Некромантии. За окном была глубокая ночь, здание давно опустело: преподаватели и студенты разошлись по домам. Мне же сегодня просто необходимо было побыть наедине со своими мыслями. Уже минут десять, как я рассматривал такое милое и родное лицо одной вздорной особы. И почему эта девчонка никак не угомонится?

Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и в кабинет ввалилась запыхавшаяся и взлохмаченная девица.

– Зарая? Студентка, потрудитесь объяснить, что вы делаете в университете в столь поздний час и почему в таком виде? За вами толпа зомби гонится?

– Магистр! Там, там такое, на кладбище… – быстро говорила она.

– Что там? – спокойно спросил я.

– Там лич или фантом, или лич фантома. Мы не поняли толком.

– Кто мы? – Я оставался спокойным: привык уже к фокусам нерадивых студентов.

– Мы с Кьязой…

– Дальше! – приказал я.

Из сбивчивого рассказа девушки я понял только то, что на городском кладбище поселился интересный вид нежити – живой бестелесный скелет!

– Отставить панику. Собирай бригаду. Сестру свою не забудь. Это ее поля ягодка. Хранительница порядка все-таки. Зарая фыркнула, но смолчала. Это для всех я, якобы, за ней ухаживал, а она бегала от меня. Но на деле все серьезнее. Однако, я отвлекся. Сейчас не о том. Зарая уже убежала, а я пошел к своему старому знакомому Ятсану.

Я медленно подходил к дому терштая. В его окнах горел свет, но прежде чем войти, я медлил, опасаясь застать чернокрылого красавчика в объятиях дамы, особенно одной зазнобы, которая вот уже два года не дает мне покоя, терзая душу и сердце.

Ника. Хранительница… Очаровательная, вредная, наглая, но такая нежная и желанная. Она то сама лезет в объятия, то сбегает к крылатику, уверяя, что он – любовь всей ее жизни. А Ятсан и рад. Любит женский пол, да и девушек тянет к нему, словно магнитом: красавец мужчина, статный, галантный. Эх… А я всего лишь некромант, даром, что магистр. Нет, что вы, совсем нестрашный и не опасный, в душе – романтик, да и ремесло мое не хуже, чем то же врачевание, например. Я ведь почти археолог, только меня больше интересуют не всякие там монеты и кувшины, а их бывшие хозяева. Девчонок это пугает. Не всех, конечно. Взять хотя бы Зараю. Вот оно молодое бесстрашное поколение! Очень способная, хотя и единственная из рода Хранительниц, пошла по этому пути. Как девушка она меня не интересовала, несмотря на все попытки ее ненаглядной сестренки обратить внимание на нее. Зарая – отличный соратник и друг, она лучшая на потоке. Доведу до диплома и возьму в Гильдию, а эта ее находка фантома станет темой научной работы. Я еще его не видел, но уверен, что такого вида то ли нежити, то ли нечисти еще никто не встречал.

Я тяжело вздохнул и толкнул массивную дверь парадной. Поднялся на второй этаж и трижды позвонил. Ятсан открыл через полминуты.

– Не помешал?

– Не. Я один. Чем обязан столь позднему визиту?

– Студентка моя отличилась.

– Это имя я угадаю с первого раза. – Друг прикрыл глаза и тут же выдал, – Зарая?

– Она. – Вздохнул я.

– Что она натворила?

– Нашла фантом лича, вернее труп фантома лича.

– Веселая у вас профессия. – Расхохотался друг. – Это как?

– Сам еще плохо понимаю. Идем на кладбище?

– Сейчас?

– Ну да. Зарая за Никой пошла.

– Ок, ведите. Интересно же!!! – не стал отказываться друг.

***

Через полчаса мы вчетвером стояли у ворот городского кладбища. Ника зачем-то прихватила метлу, да и наряд выбрала, как по мне, слишком откровенный. Обтягивающие темные джинсы и такого же цвета блуза с чересчур откровенным вырезом.

Зарая же была в неизменной ярко-красной блузе с большими пуговицами, такого же цвета кожаной юбке и в длинном черном плаще нараспашку, из-под которого виднелись полосатые цветные гетры.

– Показывай, где этот фантом? – попросил я.

– В склепе. Она боится вылезать, точнее, вылетать на улицу. – Девушка ловко перелезла через невысокую ограду и направилась к склепам. Их было несколько. Но Зарая открыла дверь, на табличке которой мелом было написано: “69”.

Пахнуло сыростью и повеяло холодом.

– Кто здесь? – тонкий голосок раздался откуда-то сверху. Я поднял глаза и увидел просто очаровательный скелетик с голубыми глазками.

– Привет, Кьяза, – заверещала Зарая. – Это мы, не волнуйся. – Скелет спустился и завис прямо передо мной. Я многое видел за свою карьеру и за жизнь вообще, но такое милое очаровательное недо-привидение видел первый раз.

– Какая милая малышка, – улыбнулся я.

– И ничего я не малышка, – насупился скелет.

– Ну, Кьяза, не обижайся на магистра, – затараторила Зарая, – он просто в шоке.

Терштай стоял рядом и тоже внимательно рассматривал необычную находку. Ника же углядела в углу толстый слой паутины и активно работала метлой. Так вот зачем она ей! Я улыбнулся уголками губ, наблюдая за девушкой, внутри разливалась приятная теплота. И почему она так будоражит мои чувства?

– Нет, моя паутинка! Не трогай, – фантом, казалось, всхлипнул. – На чем я теперь кататься буду? Верни все на место!

– Это ж паутина, грязь, – непонимающе уставилась на всех нас Хранительница.

– Ника, не нарушай порядок, установленный хозяйкой склепа, – припечатала Зарая свою сестру. – Видишь, как она расстроилась?

– Ладно, – покорно подняв руки вверх и выпуская метлу на свободу, вздохнула Ника, – А ты милая, – обратилась она к скелету. – И ты мне нравишься. Я – Хранительница. Оберегаю всякого рода нежить, нечисть и так далее и вообще люблю порядок во всем.

– Пойдешь с нами? – спросил я у скелета.

– Куда? – Кьяза отлетела подальше.

– В Гильдию, – ляпнул я зачем-то.

– Нет, – мне показалось, что одно упоминание об этом вызывает у девочки (а то, что она была девочкой сомнений не вызывало, у меня так точно) неприятные воспоминания где-то на подсознательном уровне, пусть она и не помнит своей прошлой жизни.

– Прости, я не хотел тебя пугать. Ладно, живи тут пока, а мы будем ходить в гости, – пошел я на компромисс. – Ты необычная и вообще, Зарае надо диплом писать. Вот. А такое явление, как ты, надо досконально изучить.

– Не надо меня изучать! – вспыхнула Кьяза. Если бы могла, то наверняка стала бы пунцовой от гнева. А от ее крика у меня коленки задрожали. Напугала. Меня! Магистра Некромантии! Еще одна на мою голову. Мало мне Ники… Эх, утешает лишь то, что она не совсем живая, хотя, как и любая женщина мозги взрывать умеет.

– Так, девочки, Ятсан, посмотрели на загадочный фантом? Молодцы, а теперь – по домам. Дайте малышке покой, – распорядился я.

Девчонки насупились, а Ятсан сделал вид, что не слышит, пытаясь пощупать скелет. Ага, как же! Он же нематериальный! Руки насквозь проходят и все. Причем, Кьязка так спокойно реагирует на все происходящее, будто так и задумано.

Наконец, после долгих расспросов и споров мне удалось уговорить эту банду покинуть склеп и дать покой нашему новому другу.

На улице уже светало.

Ника с Ятсаном ушли немного вперед. Она вела себя непринужденно и свободно, что-то ему рассказывала и смеялась, то и дело оглядываясь назад, будто проверяя мою реакцию. Я шел следом, отставая от них лишь на несколько шагов. Слов я не слышал. Но вся эта ситуация отчего-то напрягала. Все во мне противилось, было обидно от того, что все это она говорит и улыбается ему, а не мне…

Я почувствовал, как кто-то дергает меня за рукав плаща.

– Учитель, вы меня слушаете вообще? Учитель!

– А? – спохватился я. – Ах, Зарая, что такое? Прости, задумался немного…

– Сестренка все мысли заняла, – понятливо протянула моя ученица.

Я лишь махнул рукой. Говорить об этом с Зарой мне не хотелось.

– Я же вижу, магистр, что вас тянет к ней. Я давно это заметила, да и она тоже испытывает к вам чувства. Она хоть и старше меня, но некоторые вещи или не понимает, или просто не принимает. Девушка, что с нее взять. Тем более она светлая, вы – Магистр Некромантии. Как это воспримет семья неизвестно, с моим темным даром и так с трудом смирились…. Порой Ника может сделать что-то наперекор себе и своим чувствам. А ночью грызть подушку и изливать ей все свои душевные муки. Глупая. Вам бы надо намекнуть ей на свои чувства, привлечь внимание. Пригласите ее на свидание, в конце концов. А то она видит, что вы к ней ни сном, ни духом, ищет внимание и утешение с другими, запихнув свои чувство глубоко и надолго…

– Ты серьезно так думаешь?

– Уверена! – воскликнула девушка, немного громче, чем следовало. Нас услышали. Ника тут же обернулась, зло сверкнув глазами в сторону сестры.

– Зарайка! В чем это ты там уверена, а?

– Да я… В общем, есть у меня идея насчет нашего фантома, – выкрутилась моя ученица. Молодец, я бы не смог так, наверное. Присутствие моей зазнобы не позволяет мне думать так быстро.

– Разве? Поделишься, может? – Ника сложила руки на груди, продолжая испепелять нас двоих взглядом.

– Магистр, как считаете? Можно им сказать?

– Говори уж, – махнул я рукой. И Зарайка снова затараторила.

– В общем, смотрите. Она утверждает, что ее убили личом. То есть она умерла один раз – стала личом. Ее снова убивают, и она становится фантомом. Но ведь до этого она была жива! Такая же, как мы все, обычная девочка, может, моя ровесница, а может и младше немного. Это сейчас она больше смахивает на малышку лет пяти-семи, потому что последнее, что она вспомнила, относится к этому периоду ее прошлой жизни. Но сама по себе субстанция фантома нереальна, а то, что она способна принимать материальную форму, тем более…

– Короче, что ты хочешь этим сказать? Все это мы и так поняли, – Ника нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Ятсан делал вид, что ему тоже очень интересно, но при этом незаметно ковырял мыском ботинка землю. Тут я впервые понял, что мой друг может знать несколько больше о нашей находке. У меня тоже возникли некоторые подозрения. Но об этом позже.

– В общем, где-то должна быть ее филактерия, ее сердце, ее сосуд жизни, который она спрятала где-то, когда еще была личом. Если она вспомнит свою прошлую жизнь, найдет этот самый сосуд, то сможет ожить, стать снова полноценным человеком. И, насколько я помню лекции о нежити, личом может стать маг-некромант, ставший нежитью, по одним версиям — после смерти, по другим — вместо смерти. Наша задача теперь еще и в том, чтобы найти причины того, что толкнуло нашу девочку на смерть или тех, кто это с ней сделал.

Зарая замолчала. Ника и Ятсан смотрели на нее во все глаза, переваривая услышанное. Я теперь окончательно уверился, что моя ученица способная и очень сообразительная и смекалистая. Далеко пойдет.

Про личей, я, конечно же, знал, но вот фантомы личей были невидалью до сих пор. Фантом, по сути, призрак, душа умершего, которой у личей по определению быть не могло. Они эту самую душу хранят в сосудах. С этим придется разбираться более тщательно. А Зарайке все-таки придется писать диплом на эту тему. Самому интересно!

– Сестренка, ну ты мозг! – Ника, наконец, вздохнула и отошла от первого шока.

– Так, а теперь все быстро успокоились, глубоко вздохнули и марш по домам спать! – скомандовал я.

***

Полетели дни, которые складывались в недели. Минул месяц с этой странной встречи. Молодежь частенько собиралась в склепе Кьязы на посиделки, я порой тоже присоединился, но занятость в институте и выпускные экзамены у студентов не располагали к дружеским встречам.

Зарая все-таки начала писать научный труд под моим чутким руководством, а Кьяза даже согласилась на такой сомнительный эксперимент, надеясь, что благодаря более тщательному исследованию такого явления, как фантом лича, удастся вернуть ей материальную форму и память о событиях прошлой жизни.

Мы сидели на веранде моего дома и общались. Приятно иногда собраться вот так, в кругу друзей.

– Послезавтра в городе праздник, – подал идею Ятсан, – я предлагаю там всем встретиться и Кьязку позвать, может, найдем зацепки.

– А я вот не стал бы так рисковать. На площади будут и наши главы Дюл с Галом, не думаю, что встреча с личом их обрадует. Да и вообще кого бы то ни было на площади. Перепугает всех только.

– Мы ей поможем с материальной оболочкой. Не волнуйтесь, Магистр, – встряла Зара. Они что сговорились?

– Да за это я не волнуюсь, оболочку я и сам создать могу, даже поддержкой обеспечу, но Дюл и Гал…

– Санни, не упрямься, – чересчур нежно обратилась ко мне Ника и положила руку на мое плечо, от ее прикосновения я вздрогнул, но быстро запрятал все свои инстинкты и лишь аккуратно накрыл ее руку своей, боясь спугнуть.

Однако, этот маневр Ника не оценила и тут же переместилась под крыло Ятсана. Тот с невозмутимым видом ее обнял, притянул к себе, чтобы у нас даже подозрения не возникло, что они пара.

Пара… Да это вообще немыслимо! Ятсан – отшельник. Он лишился своей пары несколько лет назад. Темная запутанная история, которой он ни с кем не делится. Он нынче ищет успокоения с другими, хотя я четко знаю, что его сердце давно принадлежит той, из-за которой он стал таким. И если бы все можно было исправить… Впрочем, это лирика. Я думаю совсем не о том.

Кьяза… Кто же ты… Загадочная девочка, девушка… За это время она изменилась и уже не напоминала пятилетнюю девчушку, у которой отняли любимого медвежонка, теперь это была взрослая девушка с очень непростым характером. Упертая, упрямая, вздорная. Почти как Ника. Или все женщины такие?

В этот день к темам отношений между мужчиной и женщиной, а также выхода в свет нашего фантома мы не прикасались.

Мы пришли к Кьязе через два дня и застали ее в подвешенном состоянии, в прямом смысле слова. Даже на «поляну», накрытую Зарой и Никой, не обратила внимания, повиснув вниз головой на паутинке.

– Я сегодня девочку видела. Тут, на кладбище. Она плакала…

– Девочку? Что она делала в столь скорбном месте? – не понял я.

– У нее умерли родители.

– Бедная…

– Давайте найдем ее! Я ее чувствую! Ей плохо и одиноко! – Кьяза крутанулась несколько раз на паутинке и уставилась на нас.

– Это безумство! – прошептал я.

Но наших девчонок уже было не переубедить. Все дружно поднялись и отправились прочь с кладбища. Я пошел вслед за всеми.

Праздник середины лета собирает на главной площади нашего городка почти все население. Народу столько, что не пропихнешься.

Кьяза приняла облик очаровательной девушки с сиреневыми глазами, длинными черными волосами, в углу нашлась белая хламида с капюшоном, ставшая ей одеждой.

Как и предполагалось, на площади было не протолкнуться. Штаи в карнавальных костюмах, а некоторые и в масках сновали туда-сюда. Гомон, шум, музыка доносились со всех сторон.

Я схватил за руку Нику, боясь, чтобы та не растворилась в толпе. Зарая с Ятсаном переглянулись и дружно фыркнули. Ника смущенно покраснела, но руки не выпустила, отчего в моей душе разлился теплый поток неведомого мне ранее чувства, а на лице засияла счастливая улыбка.

– Магистр влюбился? – хихикнула Кьяза и растворилась в толпе, направившись в сторону сцену.

Вот шкодница! Ребята снова дружно фыркнули, а Ника сделала вид, что это вообще не о ней и вырвала свою руку на свободу, гордо вздернув голову вверх, направилась вслед за фантомом. Я горько вздохнул. Досадно. Такую идиллию испортила!

Но долго заниматься самобичеванием не получилось, на сцену вышли наши главы – Дюл и Гал – терштай и эрштай, деловая пара, партнеры, управленцы. Хорошие ребята, я близко знаком с ними. И более того, я почти уверен, что они оба имеют отношение к тому, что произошло с нашей Кьязой. Но оба пока молчат. Ничего, выясню. Я заметил, как Гал нашел взглядом Кьязу и смотрел на нее в упор долгое время, то бледнея, то краснея, будто увидел то, что уже и не надеялся увидеть. С Дюлом происходило то же самое.

Но, несмотря на все, парни собрались и продолжали выступление перед публикой.

В этот момент меня словно молнией поразило, я вдруг узнал в фантоме одну свою ученицу, которая пропала много лет назад, которую безуспешно исколесив всю страну, искали Гал и Дюл…

Однако, этими поспешными выводами делиться с ребятами я не стал. Необходимо сначала все проверить самому и убедиться. Но если это так, то…

Додумать я не успел, перевел взгляд на Кьязу и по тому, как она вся дрожала, понял, что ее накрыли воспоминания…

– Что ты видела? – подскочил я к ней.

– Обрывки, не связные события, я в детстве, отец… Потом Дюл… И я… Мы были вместе… Кто они? Почему? – она посмотрела на меня с надеждой, в фиолетовых глазах блеснули слезинки, но девушка оказалась стойкой, быстро взяла себя в руки, не дав себе раскиснуть.

– Прости, ты сама должна вспомнить…

– Злые вы… Уйду я от вас, – насупилась она. – Почему мне никто ничего не говорит?

– Мы не можем, – как маленькой пояснил ей я. – Иначе, ты не сможешь вернуться. Ты должна сама все вспомнить и найти верный путь, чтобы вернуться к нам.

– Уйду я … Искать девочку. Я чувствую, что она где-то рядом.

Кьяза взмыла в небо и пронеслась над площадью, вызвав визги и крики:

– Умертвие! Живое! Спасите!

– И не за чем так орать! – зависла она перед кем-то. – Я не страшная!

И улетела, приземлившись у раскидистого клена.

Мы прорвались сквозь толпу и замерли в нескольких шагах от них.

Кьяза успокаивала девочку, лет семи, у ног которой расположился юный дракомант.

– О, Боги! – воскликнул Ятсан. – Это же дракомант! Как его с девчонкой вообще еще не растерзали тут! Она же светлая!

– Помолчи, крылатик, не видишь ее и так запугали!  – набросилась на него Ника. Она тоже села рядом с девчушкой и протянула ей пряник, изъятый из кармана сумки. Чего только девушки с собой не носят!

Ятсан притих. Насупился и стал рассматривать существо более внимательно.

– Мальчик. Совершеннолетний. Как он вообще оказался в городе?

– Я его нашла, – прошептала девочка.

– Где?

– На кладбище.

– Довольное необычное место для встреч, но пользующееся популярностью последнее время, – снова хмыкнул Ятсан.

– Я предлагаю всем переместиться ко мне, – встрял я. – У меня дома все спокойно обсудим. Девочку явно уже ищут.

Эту мысль разделили, как ни странно. Ятсан легко подхватил на руки девочку, дракомант последовал следом за нами, осторожно оглядываясь.

***

Мы все собрались у стен моего коттеджа, расположившего на узкой улочке, на самой окраине города.

Мне было тут очень уютно, несмотря на отдаленность от центра. Лишняя суета напрягала, а тут можно расслабиться и побыть одному, не боясь непрошеного вторжения в личное пространство.

У самой калитки моего дома, нас нагнали Дюл и Гал, запыхавшиеся, напуганные и… Удивленные? Они смотрели на Кьязу, как на очень близкого и дорогого родственника, которого не видели лет сто, они как будто и не надеялись уже вновь его лицезреть.

– Магистр, позволите присоединиться к столь необычной компании?

– Гал, ты же знаешь, я всегда рад тебе. Чего не могу сказать…

– Санни, перестань, то дела давно минувших дней, – Гал как-то странно посмотрел на Дюла, затем на Ятсана, а потом с ног до головы изучил Кьязу, – в общем, у нас к тебе разговор. Конфиденциальный.

– Это я уже понял. Надеюсь, это не имеет отношения к этим двум милым созданиям, – я кивнул на девочку и мирно сопевшего в руках Ятсана дракомантика.

– Нет. Пока нет. Кто они и откуда – выясним, но позже.

– Нет уж, – прикрикнул я. – Ими займусь я! – Вы хоть и Главы, но помнить надо и о простых человеческих, тьфу ты, штаевских чувствах.

– Магистр, вам не кажется, что вы слишком часто бываете в мире людей? – с иронией спросила Ника.

– Не кажется, – мило оскалился я. – Прошу всех в дом. Не стоит устраивать шоу на потеху соседям.

Мы устроились в просторной и светлой гостиной. Ника уже орудовала на кухне, собирая нам чай и вкусняшки. Зарая крутилась возле дракоманта.

– Зарочка, милая, что ты хочешь найти в его чешуе? – улыбнулся Ятсан. – Блох там нет, я проверил, пока нес.

– Фе, Ят, какие блохи! Ты гляди, какой он симпотненький…

– И нечего меня ощипывать, – открыл дракошка один глаз, янтарно-желтого цвета. – Нашли мне ископаемое!

– Ворчунишка, ты не ископаемое, а уникальное существо. Не встречала я таких, – рассмеялась некромантка.

– Ты откуда взялся? – поинтересовался Ятсан.

– От верблюда, – буркнул тот. – Из дома я сбежал, как достиг совершеннолетия. В княжеском замке нет покоя и свободы…

– Так ты еще и княжич? – тут уже поднялся я, не выдержав столь откровенного заявления.

– Это что-то меняет? – мгновение, и перед нами уже молодой парнишка. Статный, высокий, холеный. Сразу видно – княжеский род. Но озорной блеск в глазах, способность бесшабашно кидаться в авантюры, выдает его юный возраст. – Я – Редж! Рад познакомиться со всеми вами!

– Очень рад! – пожал ему руку. – Однако, я уже отказываюсь что-либо воспринимать, – махнул рукой я. – Как ты нашел девчушку? Кто она?

– Ее зовут Талена, по ее рассказам, ей семь лет. Живет у тетки, только вот, когда она подобрала меня с вывихнутым крылом на кладбище, где мне “посчастливилось” приземлиться, а потом притащила домой, родственнички ее и выгнали. Меня испугались, знамо дело.

– Понятно, – кивнул я, глубоко вздохнув. Мельком глянул на спящую на диване малышку. Красивая девочка. Светлая. И теперь забота о ней ляжет на мои плечи. Эта мысль казалась мне самой здравой, больше в нашей сумасбродной компании доверить светлого ребенка некому. И дарма, что я некромант, зато у меня доброе сердце. Надо еще сестре написать, пусть приедет. От ее помощи не откажусь, да и ей повеселее, ученица будет.

Оставив молодежь распивать чаи и общаться с новым другом, я увел Дюла и Гала в свой кабинет на втором этаже.

– Ну что, дорогие мои, что будем делать? У кого какие мыслим на этот счет? – задал я вопрос, удобно устроившись в своем любимом кресле за рабочим столом. Главы сели напротив. Дюл постукивал пальцами по столешнице. Взгляд Гала бродил по комнате.

– Санни, неужели это она? – встревоженный голос Гала заставил меня вздрогнуть и нервно заерзать.

– Почти уверен. Также как и ты.

– Но ведь прошло семь лет! Как такое вообще возможно? Она вдруг появляется живая и невредимая, я ведь ее давно похоронил… – Гал обхватил руками голову.

– Насчет «живая» я бы поспорил, – заметил Дюл и получил в ответ суровый взгляд Гала. – Помолчи, вы с Ятсаном достаточно сделали, чтобы мы потом столько лет расхлебывали эту историю.

– Гал! – начал возмущаться Дюл. – Твоей вины в этом не меньше. – Ты сам почти отказался от дочери после смерти жены и ребенка, а узнав, что Кьязеныш увлеклась некромантией…

– Хватит! – хлопнул я кулаком по столу, заставив мужчин умолкнуть и посмотреть на меня. – Нашли время! Это все в прошлом! Наша задача найти способ ее оживить, выдернуть из-за грани, пока не стало слишком поздно…

– Что ты предлагаешь? – напрягся Гал. – Ты уже знаешь способ?

– Есть некоторые мысли. Но нам для этого нужно попасть в Черные земли. Я за пару дней улажу все вопросы и всей этой шумной гоп-компанией отправимся туда. Самое главное! Ничего не говорите Кьязе, не рассказывайте лишнего, она сама должна вспомнить. Только так, она сможет вернуться к полноценной жизни. Наберитесь терпения. Я дам знать, как только что-то откроется новое. А теперь прошу покинуть мой дом. Время уже позднее, всем спать давно пора. Ну и денек сегодня выдался, – последнюю фразу я сказал полушепотом. Главы, бросив на меня еще один печально-обнадеживающий взгляд, молча встали и вышли.

Я посидел еще некоторое время один, погрузившись в свои мысли. Надо же такому случиться – моя ученица, весьма способная, как оказалось, волей случая открывшая в себе дар некромантии, с особым трепетом и азартом бросившаяся изучать мои конспекты, книги, документы… Моя ученица, исчезнувшая без вести семь лет назад, находится в таком странном и необычном состоянии. Фантом. Еще, и как она утверждает, фантом трупа лича. В этом я сильно сомневаюсь. Мне кажется, все гораздо проще. Но точно мы узнаем это, как только она вспомнит, где же ее филактерия сберегается.

Дверь неожиданно распахнулась, и в кабинет ворвался рыжий ураган по имени Ника. Вот уж не ожидал ее увидеть. Она сама обычно избегает встреч со мной. Что изменилось?

– Санни, милый, ты как? Устал? – Она подошла к столу, опуская на него поднос с дымящейся чашкой чая и блюдом с печеньками, затем уперлась двумя ладошками, глядя сейчас прямо мне в глаза.

– Ники? – удивился я. – Что ты здесь делаешь? Ой, прости, я не то хотел сказать… – мысли путались, в голове крутилось лишь одно: зачем она здесь?

– Санни, мы переживали, ты так долго не спускался. Гал с Дюлом уже час как ушли. Редж с Зарой вышли в сад на луну смотреть. Кажется, эти двое нашли общий язык, – загадочно улыбнулась девушка.

– А Ятсан где?

– А доктор занят исцелением заблудившегося кошака. Прикинь, вышли мы во двор, а с ветки сваливается огромный кошак! Прямо мне под ноги, я даже ничего понять не успела… Сиамский, между прочим! Моя любимая порода…

Так вот, у него лапа перебита. Ятсан с ней и возится. Литр молока кошак уже вылакал. И куда в него столько лезет? Правду говорят, желудок котенка, меньше наперстка, а те два литра молока, что он успевает вылакать за полчаса, содержатся в нем под давлением сколько-то там атмосфер. Не помню я школьный курс физики, – снова улыбнулась эта рыжая бестия.

– Я смотрю, времени даром вы не теряете, – делая глоток чая, произнес я, – всем нашлось дело. Стоп. А Кьяза где?

– Так она с Таленкой. Сказки ей читает. Девочка проснулась и долго плакала, все маму звала. Бедняга. Такая малышка, а уже сироткой стала. А у Кьязы, кстати, отлично развит материнский инстинкт. Я бы так не смогла, наверное.

– Иди ко мне, моя рыжая зазноба, – ласково произнес я, вставая со стула и подходя к ней. Ника сжалась в комочек, вздрогнула от моих прикосновений, но убегать, как обычно, не спешила. Интересно, что на нее так повлияло?

– Санни, – пискнула она.

– Что Санни? Ника, солнце ты мое, как долго ты еще будешь морочить мне голову? Может, пришло время, наконец, расставить все точки над «Ї»?

– О чем ты? – наигранно напугано спросила она.

– Ты прекрасно знаешь, о чем, – я повернул ее к себе лицом. Наши взгляды встретились. Она нервно сглотнула и сделала попытку вырваться, но я крепко держал ее в кольце рук, да и стол за ее спиной не давал ей совершить столь трусливый маневр.

Девушка молчала, нервно теребя выбившийся локон, а я стоял и любовался ею.

Вот уже два года, как я пытаюсь завоевать ее сердце. Два года я тайком посылаю ей подарки, как бы случайно, встречаю вечерами с работы и провожаю из Гильдии домой. Она всегда непостоянная. Она разная. То она с охотой принимает такие примитивные ухаживания, то вдруг сбегает к нашему общему другу, хирургу городской больницы, Ятсану, проводя с ним дни, а порой даже ночуя, у него. Я дико ревновал ее к нему, я не понимал, как он мог себя так вести у меня на глазах. Ятсан был единственным в этом мире, кому я доверял свои душевные переживания, и он один знал, насколько Ника мне не безразлична. Конечно, друг уверял, что между ними ничего нет, и они просто друзья, но, зная образ жизни друга, я не верил ему. Не мог себя пересилить. Я был зол на него, зол на Нику, зол на себя. Злился на то, что я не смог удержать любимую, не смог сделать ничего, чтобы добиться ее расположения. Все, что я мог – стать сторонним наблюдателем и ждать. Ждать, пока она сделает свой выбор. Ну, не мог я насаждать свои чувства, не мог заставить ее полюбить себя… Не мог…

– Санни, я понимаю, что я не подарок, но я хочу… Хочу извиниться.

– Ники? – удивился я.

– Стой, погоди, дай мне сказать. Я долго готовилась, подбирала слова, – девушка на мгновение замолкла. – Прости меня. Я вела себя, как дура. Я бегала от тебя… Точнее не так. Я бегала от себя. Пряталась от своих чувств. Наивная. От них не спрятаться и не скрыться, они настигнут тебя везде, наверное, даже на том свете… Не сердись на Ята, прошу. Между нами ничего не было. Он все это время пытался меня убедить не бегать и не прятаться от себя. От своих душевных переживаний. Говорил что-то о том, что однажды сам испугался чувств и сбежал, сбежал от любимой, разбив ее надежды и мечты, потерял ее. Он страдает, именно поэтому… Он никогда не называл ее имени… – По ее щеке скатилась слезинка.

Ника говорила прерывисто, обрывками, я слушал ее исповедь, затаив дыхание, с замиранием сердца ждал… Ждал ее решения, ждал того, что она хотела сказать, зачем пришла ко мне в кабинет поздно вечером. Сама пришла. Впервые за все эти годы наших непростых отношений.

Я не выдержал напора нахлынувших чувств и эмоций. Они накрыли нас с головой, закрутили волчком, завертели ураганом.

Я нежно погладил ее по щеке, смахнув слезинку, затем обхватив ее лицо руками, легонько коснулся ее губ, осторожно, пробуя их на вкус и одновременно показывая вздорной девчонке, что я больше не могу позволить ей изводить меня, не могу больше терзаться сомнениями. Пусть лучше сама оттолкнет, даст пощечину, в конце концов! Но она не оттолкнула, наоборот прижалась сильнее, обхватила руками за шею и с особой страстью, в чем-то даже отчаянием, ответила.

– Ники, моя маленькая глупая девочка, – гладил я ее по спине, когда первые страсти утихли, а мы стояли, обнявшись, посреди моего кабинета, озаренные мягким светом луны.

– Санни, я была такой дурой. В моей душе, наконец, что-то упокоилось, появилось желание двигаться дальше, а не просто существовать…

– Ники, я не позволю теперь тебе сбежать. Отныне ты будешь принимать мои ухаживания и не станешь стесняться моего присутствия рядом с тобой.

– Но ведь я – не прекрасная принцесса, о которых мечтают мужчины…

– Кто сказал тебе такую глупость? Чтобы быть любимой – необязательно быть принцессой. Достаточно быть собой. Той взбалмошной, неугомонной, вредной девчонкой, в которую я влюбился… К тому же, я тоже далеко не принц. Кому нужны эти красивые сказки?

– Каждая девушка мечтает о сказке. И я тоже… Самую малость…

– Будет тебе сказка. Красивая сказка со счастливым концом, – пообещал я и снова потянулся за поцелуем. Она ответила. А я впервые за последнее время почувствовал себя счастливым и окрыленным.

***

На следующий день я отправил телеграмму Наядне, свой любимой младшей сестре. Она приехала сразу же и охотно согласилась сопровождать нашу, более чем странную компанию, которую вернее будет назвать бандой, до Черных земель.

Маленькая Талена поразила ее до глубины души своей детской непосредственностью, а то, что юная светлая выбрала в мамы Кьязу, фантом (!), поразило всех присутствующих. А девушка нашла в ребенке отдушину, отдавая всю себя девочке. Нашу поездку пришлось отложить на несколько дней, Ника настояла, что лапка ее кота, которого она окрестила Лазурный, еще слаба и надо дождаться полного выздоровления.

Главы посовещались и решили, что их помощь и присутствие будут неоценимы. Я подозрительно косился на то, как блестели глаза Гала при виде моей сестры, да и ее смущенный взгляд, который она отводила, как только Глава появлялся рядом, говорил о многом. Что их связывает? Как давно? И почему я ничего не знаю?

Дюл тоже как-то странно себя вел, стараясь держаться поближе к Кьязе и Талене. Они вместе гуляли и играли во дворе моего дома, гоняли мяч, сражались в рукопашном бою. Дюл научил ребенка играть в бадминтон. И теперь все разбились на парочки и устраивали целые Олимпийские игры, весело смеясь, поддерживая друг друга и от души радуясь за победителей.

Мне удалось поговорить с Кьязой только вечером последнего, перед отправлением поезда, дня. Она начала кое-что вспоминать. Например, она признала в Гале отца, в Ятсане – одноклассника, в Дюле… Друга? Любимого? Она не могла вспомнить, что именно их связывало, так же как и то, почему она стала такой…

Скользкие темы в ее присутствии Главы не поднимали по моему наказу, хотя Гал понял и осознал свою ошибку. После смерти его любимой, матери Кьязы и ее новорожденного брата, он не обращал внимания на проблемы подростка Кьязы. Не поддерживал ее выбора в отношении дружбы с Ятсаном, не подпускал к ней и Дюла, боясь, что парни могут ее обидеть. Девушка замыкалась, сбегала из дома, пряталась. Но всегда возвращалась. Кроме того случая… Тогда она исчезла и все думали, что навсегда. Семь лет! Семь лет поисков, семь лет страданий и, наконец, они нашли ее. Пускай она всего лишь дух, фантом, без тела. Зато жива ее душа. Она такая же вздорная и упрямая, такая же, какой была девушка при жизни. Что теперь? Теперь надо найти, где ее телесная оболочка. Найти и вернуть. В том, что девушка обманывается, убеждая, что ее убили дважды неправда. Это уже понял я, а Зара, которая не теряя даром времени, все эти дни упорно занималась этим вопросом, выдала версию, что кто-то провел ритуал, разделив душу и тело. Осталось найти теперь того, кто это сделал и дождаться, чтобы Кьяза вспомнила, как это было на самом деле.

***

Серым субботним утром мы все загрузились в купейный вагон поезда. Шумя, толкаясь, суетясь, наконец, вся банда заняла свои места. Мы тронулись. Навстречу новым открытиям и приключениям.

Мы с Никой остались одни. В нашем расположении оказалось целое купе в начале вагона. Дальше разместились Талена, Дюл и Кьяза. Эта троица не разлучалась последние дни почти что ни на минуту. За ними Зара с Реджем. Ребята сдружились, и даже, мне кажется, между ними зарождалось то светлое и нежное чувство, что в простонародье зовется любовью.

Ятсану достался Лазурный. Ника решила, что из терштая получится прекрасная нянька. В последнем купе расположились Гал с Наядной.

Вот так и сформировались в нашей разномастной компании парочки. Правду говорят, любовь не знает границ. Для нее не существует правил и рамок. Сердцу не прикажешь, не объяснишь, почему оно выбирает одного, игнорируя всех остальных, почему тебе нужен именно этот человек, терштай, маг, некромант…

– Санни, – Ника устроила свою голову на моем плече, наблюдая за мелькающими за окнами деревьями, – как думаешь, она найдет себя?

– Кто?

– Кьяза, конечно!

– Обязательно, милая моя. Найдет и вспомнит все. Она будет счастлива.

– Я очень хочу ей помочь, но не знаю, как.

– Ника, мы все ей здорово помогаем. Хотя бы тем, что не бросили, решили помочь. Она начала вспоминать, фрагментарно, но все же.

Аура Черных земель особенная, а в каньонах Стрикс есть некие руны, там мы найдем ответ, я в этом уверен. Прости меня, но похоже обещанную сказку нам придется немного отложить, ты ведь подождешь?

– Конечно. К тому же, – Ника лукаво улыбнулась, – мы одни в купе, в поезде…, – она перебралась ко мне на коленки, выводя пальчиком узоры на моей груди.

– На что ты намекаешь? – прохрипел я, делая вид, что не понимаю ее намеков, хотя в душе все трепетало от предвкушения.

– Магистр, ты, конечно очень умный, но ты весь живешь наукой и своей некромантией. Ты – полной профан в любви, хоть и в корне слова «некромант» есть намек на что-то романтическое. – Ника обхватила меня руками за шею и поцеловала. Сама! Я со стоном прижал ее к себе, страстно отвечая, выводя узоры на ее спине. Нас затянуло в водоворот страсти и любви, на какое-то время мир вокруг нас перестал существовать, мы полностью растворились друг в друге, в своих чувствах.

Поездка заняла почти двое суток. Хорошо, что в вагоне мы были одни, иначе я бы не позавидовал нашим попутчиками. Пассажирам соседних вагонов тоже немного досталось. Талена не могла долго сидеть на одном месте, совершая то и дело прогулки по всему составу, всегда возвращаясь с угощениями и безделушками.

Наконец, мы на месте. Почти на месте. Отсюда до каньона совсем ничего. Мы устроились на границе с Черными землями, разбили лагерь, решив обсудить последние моменты.

Я за это время еще раз изучил взятые в дорогу книги.

Вечером, когда все разошлись по палаткам, я вызвал на серьезный разговор Ятсана и узнал, что он знает больше, чем показывает. Я убедил друга рассказать мне обо всем, что ему известно, это могло бы очень облегчить нам задачу.

Его признание шокировало меня.

Оказалось, что он по просьбе Кьязы решился на ритуал, но только не смог сделать все так, как она просила. Не смог ее убить, помочь ей тем самым стать личом. Еще в юности, терштай был влюблен во взбалмошную девчонку, но она предпочла его другому. Ей по нраву был более взрослый, обаятельный Дюл. В нем, Яте, Кьяза видела только друга, который защищал ее от нападок одноклассников. Он не знал, что произошло у них с Дюлом, не знал, почему Кьяза решила исчезнуть, но зная про увлечение девушки некромантией, зная, что ее учителем является его друг, Ят не раздумывая согласился помочь, ведь Кьяза уверяла, что это ненадолго, только несколько дней и все… Но, как это часто бывает, что-то пошло не так. Произошла ошибка, недоразумение… Душа и тело Кьязы разделились. Став фантомом, она все забыла. Была зла на Ята, чуть не разнесла пещеру, где они находились, но смогла вырваться на свободу и исчезнуть. Исчезнуть на семь долгих лет.

– Ятсан, – у меня только один вопрос, – обратился я к другу, – какого черта вы мне не сказали? Почему решили все сделать сами?

– Она так захотела.

– А ты? Ты понимаешь, что ты сам… – я не договорил, лишь рукой махнул, какой смысл сейчас обсуждать это? – Теперь надо добраться до каньона. Кьяза должна вспомнить эти места, эти события. Если ее тело до сих пор там, то она почувствует связь…

– Но, тут написано, – он кивнул на книгу, – что тело и душа, которых разделили, можно соединить, только если прошло не более пяти лет…

– Ятсан, эти сведения явно устарели. С того момента, как вы это сделали, прошло семь. То, что Кьяза начала себя вспоминать, то, что она вообще способна мыслить, уже говорит о том, что возвращение возможно. И чем раньше это произойдет, тем лучше! Для нее. Для всех. По-моему вам всем давно пора объясниться.

– Всем? – удивился друг.

– Конечно! Тебе, Галу, Дюлу и… Кьязе. Вы вся связаны этой историей. И вам необходимо поговорить.

Ятсан со стоном опустился на спину и молча смотрел в ночное небо.

Так много всего произошло, последние дни выдались слишком насыщенными.

– Магистр, глянь, что это? – он указал пальцем на небольшую золотую точку, стремительно приближающуюся к нам.

– Черт возьми, если бы я знал. Буди лагерь, возможно, придется оборону держать.

Ятсан кивнул и встал, уже через несколько минут на поляне поднялась шумиха. Только Редж был спокоен и невозмутим.

– Редж не стой столбом, – подскочила к нему Зарая. – Ты что не чувствуешь опасности?

– Какая может быть опасность от дракомантши? – удивился тот. – Она не ест людей и магов…

– Что? – спросил я, услышав разговор.

– Мама это, что не понятного? Вам она точно ничего не сделает, а вот мне… Мне уже все равно. Я тебя, Зарайка, не отпущу и не надейся.

Я с умилением смотрел на вновь образовавшуюся парочку, искренне радуясь за них. Ника стояла рядом, обнимая меня, моя рука тоже покоилась на ее талии. Наконец-то эта девчонка сдалась, перестала прятаться и избегать меня!

Я оглянулся и увидел чуть в стороне, по другую сторону костра, целующихся Гала с Наядной. Дюл держал на руках Талену, Кьяза, надев на себя материальную оболочку, подошла к Ятсану, шепнув ему на ухо: я знаю кто к нам летит. Тот удивился, сжал ее ладонь, и все ждали, пока приземлившийся дракомат примет облик мага. Мгновение – и перед нами стоит красивая юная дама. Княгиня.

– Ятсан! Кьяза! – бросилась она к этим двум. – Я так рада вас видеть! Ребята, надеюсь, у вас все хорошо?

– Не очень, – ответила Кьяза.

Княгиня удивилась и на некоторое время замерла, разглядывая фантом. Потом глубоко вздохнула и произнесла:

– Все ясно!

– Вае, я так рад тебя видеть, – Ятсан обнял девушку. – Как твое крыло?

– Отлично! Знаешь, я рада, что тогда встретила именно вас. И еще одно. Я больше не злюсь на тебя.

– Вае, давай поговорим после, не при всех…

– Как скажешь. Ночь длинная. – Княгиня отошла от терштая и подошла к молодой парочке.

– Ну, здравствуй, сын! – она обняла Реджа, похлопав его по спине. – Никогда больше так не делай. Я же волновалась! Хоть бы сказал, куда направился. Всю страну облетела, пока нашла тебя!

– Между прочим, я почти дошел до дома. И еще, мама. Это моя любимая… – он кивнул на Зару.

– В самом деле? Милая, подойди. Не бойся, не обижу, – улыбнулась княгиня.

Некромантка неуверенно сделала шаг вперед, оказавшись почти вплотную с Вае. Последняя прикрыла глаза, провела рукой по голове девушки и медленно сказала:

– А сын сделал, хороший выбор. Ему нужная такая девушка, как ты. Надеюсь, вы будете счастливы.

– Спасибо, мам!

– Не мамкай! – шутливо крикнула та. – Мы с тобой дома еще поговорим. А сейчас всем спать, а утром приглашаю всех в гости, в свой замок.

– Но, Вае, мы шли… – начал было я.

– Я, знаю, магистр. Многое знаю и, поверь, из моего замка вы легко попадете в каньоны.

Я тяжело вздохнул, увлекая сонную Нику в палатку, остальные тоже стали разбредаться, и я заметил, что Вае ушла вслед за Ятсаном.

***

До княжеского замка мы добрались не без приключений, конечно, но хорошо, что все остались целые и невредимые.

Прошло еще несколько дней. Кьяза, Гал и Ятсан погуляли по городу и нашли того, кто по словам Ята мог пролить свет на события семилетней давности, мог помочь Кьязе вспомнить. Это был директор школы, Саккала. Именно благодаря ему, его опеке, его покровительству, Кьязу наконец перестали обижать одноклассники. После общения с ним, все вернулись довольные, особенно Кьяза. Она ворвалась ко мне в кабинет с криком:

– Я вспомнила! Я знаю, где меня искать!

– Ты уверена? – осторожно спросил я.

– Да.

– Расскажи мне, что все-таки произошло тогда?

И она рассказала. Про все.

Оказалось, что девочка не меньше Гала переживала потерю близких, хоть и понимала, что им не помочь и уже никогда не вернуть. Тогда же она увлеклась некромантией, отчаявшись найти поддержку у отца, сбежала. Тот, узнав об этом, рассердился, так же как и Дюл, в которого она уже тогда была влюблена. Кьяза начала сбегать из дома, часто отсутствовала по нескольку дней, казалось, все привыкли к этому. Однажды, ей попался в руки интересный ритуал – обращение в лича. Молодой девушке было так обидно и досадно, что ее никто не понимает, не поддерживает, что решилась на него, уговорив Ятсана. Она написала для всех письма, оставив их директору школы, на случай ее долгого отсутствия, но тот то ли забыл, то ли нарочно не стал отдавать. В общем, никто так и не получил их.

А Ятсан и Кьяза ушли в пещеру каньона, где он должен был вырезать ее сердце и бережно хранить, пока та, сама не попросит его провести обратный ритуал. Но терштай не смог. Он все-таки тогда еще был влюблен в нее, хоть и понимал, что шансов, по сравнению с Дюлом, у него нет. Ятсан просто провел ритуал, отделив душу от тела…

– Зови Ятсана, – сказал я, когда она закончила свой рассказ. – Будем возвращаться!

Кьяза кивнула и через полчаса мы втроем отправились в каньон. Наивные. Остальные, узнав о цели нашей прогулки, двинулись следом.

Нужная пещера нашлась быстро. Там, на камнях, покрытых сверху теплым пледом, лежала прекрасная девушка, очень бледная, правда.

Я выгнал всех наружу, оставив только Ята и Кьязу.

Обратный ритуал прошел удачно. Девушка открыла глаза.

– С возвращением! – произнес я и поднес Кьезе воды.

– Спасибо! Я могу встать?

– Боюсь, пока нет. Твои мышцы необходимо разработать, а тебе нужно поесть.

Прошла неделя. Кьяза полностью пришла в себя, стала собой.

Я рад, что все закончилось хорошо, что мы смогли найти разгадку загадочного явления фантома.

Я был рад за всех своих друзей, которые нашли свое счастье в столь короткий срок.

Моя сестра, красавица Наядна и отец Кьязы, Гал. Оказывается, они уже давно встречаются, украдкой, опасаясь осуждения. Но теперь этим двоим больше нечего бояться. Кьяза была рада, что отец нашел свое счастье. Вопреки его ожиданиям, не стала противиться. Теперь она сама понимала, что это такое, когда рядом близкий и любимый человек.

Она тоже нашла свою любовь. Терштай Дюл. Тот, кто так ей нравился еще в юности, тот из-за которого она столько страдала, тот, с кем она нашла свое счастье. А еще маленькая Таленка, которая назвала Кьязу мамой, а Дюла папой – стала ее отдушиной, ее слабостью. Я уверен, что в их семье все будет хорошо и очень хочется верить, что с воспитанием Таленки не будет больших проблем.

Редж и Зарая. Эти двое прекрасно спелись и остались в княжеском замке, решив отложить свадьбу года на три. Обоим хотелось, как можно дольше насладиться теми светлыми чувствами, которые бывают только в юности.

Я очень удивился, когда увидел в саду замка Вае и Ятсана. Они стояли, взявшись за руки, и долго смотрели друг на друга влюбленным взглядом. А потом он просто взял и поцеловал ее. Так вот, кто был возлюбленной Ятсана. Вот, кто не давал покоя молодому терштаю. Я очень рад за друга. Я счастлив, что он, наконец, нашел ее, ту, по которой так долго страдал, ища утешения с другими. Что между ними произошло – осталось для меня загадкой. Может, он сам расскажет когда-нибудь? В конце концов, какое это сейчас имеет значение, если все закончилось хорошо?

– Санни, – окликнула меня Ника.

– Да, любимая?

– Идем, приехала машина, она отвезет нас в порт.

– Идем, милая. Нас с тобой ждет круиз, Небольшая яхта, океан, звездное небо… Только ты и я… Две недели… Романтика, не так ли?

– Вот так и начинается наша красивая сказка, – Ника взяла меня за руку. – Идем же!

– Да, согласился я, – идем! Начало положено, а впереди у нас еще целая жизнь, полная сказки и волшебства!

15 Февраля – 10 Марта 2016 г.

 Anitka SunnyFeo

Добавить комментарий